Алина Бикеева, 09.07.2016 1324 1

Общение с эмансипированной женщиной, или Как я варила щи с американкой


Однажды гостила у нас в российской школе школьный администратор и учитель французского языка и латыни из Америки — очень симпатичная и приятная дама средних лет — Стейси. Естественно, что мы — преподаватели английского языка — развлекали нашу гостью, как могли. Как-то мы сходили с ней в русский ресторан «Жили-были»...


Обсудить статью (уже 1 коммент.)
Опубликовать свой материал

Стейси пришла в восторг от того, что в ресторане надо было подходить к деревянной, старой русской телеге, на которой были расставлены кушанья в русском стиле и набирать самим какую хочешь еду. Еще ей очень понравились дубовые столы и стулья, кафтаны и сарафаны официанток, и оркестр русских народных инструментов, игравший весь вечер на небольшой сцене ресторана. Но совершенно неизгладимое впечатление произвела на нее русская национальная кухня. Особенно полюбились ей щи, блины, соленые огурцы из бочки, пельмени и пироги.

Через несколько дней, все еще вспоминая этот ресторан, Стейси попросила меня научить ее готовить что-нибудь из русской кухни. К примеру, щи, так как они очень уж ей запомнились. Как оказалось, горячий жидкий суп она ела в последний раз 15 лет назад у своей подруги, предварительно растворив пакетик сухой смеси в кружке с горячим кипятком. Стейси захотела пройти со мной весь процесс приготовления русских щей от начала до конца. Она попросила меня в точности соблюсти все этапы, которые проходим мы, российские женщины, при приготовлении этого русского национального блюда. Ну что ж, я согласилась на этот любопытный эксперимент, лишь предупредив ее, что будет не просто. И, возможно, она очень устанет к концу задуманного предприятия. А я в свою очередь попросила ее говорить мне, что ее удивит и что ей не понравится. Говорить честно и без стеснения. Стейси была полна энтузиазма и согласилась на все.

Первое удивление она испытала, когда я сообщила ей, что щи в российских семьях почти всегда за редким исключением варят женщины. «А почему? — спросила она. — То есть вы готовите и едите щи только, когда наступает очередь женщины готовить семейный обед? А что же готовят ваши российские мужчины, когда их вахта стоять на кухне?».

Я терпеливо объяснила своей иностранной гостье, что у российских женщин почти бессменная и нескончаемая кухонная вахта. Стейси, сбитая с толку, попыталась меня понять: «Ну, хорошо, вы, видимо, говорите о неработающих женщинах, женщинах-домохозяйках». Они их называют «housewife».

«Да нет, — возразила я, — речь идет об абсолютном большинстве российских замужних женщин, не зависимо от того, работают они или нет».

Стейси продолжила свои размышления вслух: «А, понятно, у вас в России — разделение домашнего труда: готовят только женщины, а, следовательно, наводят порядок во всем доме и следят за соблюдением этого порядка мужчины. Верно?».

«Нет».

«Значит, мужчины ходят по магазинам за продуктами и занимаются стиркой белья?» — попыталась угадать моя гостья.

«Да нет же! У нас в России все по дому делают в основном женщины, не зависимо от того, работают они или нет».

«А, поняла, вы, российские женщины, так любите заниматься домашним хозяйством. Знаю, читала, вы даже считаете, что домашняя пища гораздо вкуснее ресторанной. Видимо, поэтому вы не любите ходить с семьями по ресторанам, хотя бы субботними вечерами. Я читала, что вы, россияне, предпочитаете пищу домашнего приготовления, не взирая на затраты времени и личных физических сил, потраченных на ее приготовление».

«Стейси, это — не совсем так. Мы не ходим семьями по ресторанам чудесными субботними вечерами, потому что у нас на это не хватает денежных средств. Рестораны и кафе для нас — слишком дороги».

«Но, тогда, почему же вы не делите с вашими мужчинами поровну всю домашнюю работу? Ведь если подсчитать стоимость продуктов для домашнего приготовления пищи на всю семью, ваше личное время (ведь сколько-то же стоит час твоего рабочего времени!) и затраченные при этом силы вместе с приобретенной усталостью. Кроме того, время, затраченное на домашнее приготовление пищи, оторвано от общения с детьми, а это дорогого стоит. Так получится, что домашняя пища обходится семье дороже ресторанной. Плюс электроэнергия плиты, посудомоечной машины и других бытовых приборов, а также стоимость моющих средств…» — продолжала подсчеты Стейси.

«Увы, мои временные затраты и усталость в расчет никем не берутся. А посудомоечных машин у нас почти ни у кого нет».

«Так кто же тогда будет вручную мыть посуду после домашнего приготовления пищи на целую семью и после семейной трапезы? Наверное, мужчина?».

«Боюсь, что вся эта работа опять ложится на женские плечи».

«Но почему вы терпите таких мужчин?! Это — не справедливо, так разделять, а, вернее, не разделять совсем, семейные обязанности!»

Из-за глобальности вопроса, я не нашлась, что ответить, а моя иностранка продолжала.

«Ни одной американке в голову не придет вести все домашние дела одной. Она все разделит точно пополам с мужем и будет зорко следить за тем, чтобы ей не пришлось ничего делать больше, чем ее мужу. И делать все домашние дела они будут в порядке строго фиксированной очередности». Я лишь молча вздохнула. Но моя гостья все не унималась: «Кажется, я знаю объяснение, почему российские женщины все это терпят. Я неоднократно слышала и читала про «загадочную российскую душу» и высокие духовные качества ваших людей. Наверное, ваши женщины так сильно и беззаветно любят своих мужчин, просто любят и все. Поэтому они, видимо, так за ними ухаживают».

«Видимо. Но, Стейси, давай все же вернемся к щам, и не будем затрагивать глобальных проблем. Обсуждать мы их, конечно, можем, но решить здесь, у меня на кухне — вряд ли».

«Да, это — очень сложно. Вам нужно организовывать женские движения, поднимая всех ваших женщин на борьбу за свои права».

«Так, Стейси, — решила я вернуть свою гостью с небес на землю, - все же —давай займемся щами. Или ты уже передумала готовить русские национальные блюда?»

«Нет, нет, что ты! С чего мы начнем?».

«Я думаю, с похода на ближайший рынок за продуктами. Ведь ты хотела все сделать так, как делают российские женщины».

«Да, да! Обязательно. Прямо сейчас и поедем на ваш рынок».

«Только, Стейси, на рынок, мы не поедем, а пойдем пешком».

«Как пешком? Разве у вас нет машины?».

«Есть. Но, во-первых, муж на ней уехал на работу. А во-вторых, наши российские женщины на машинах на рынок за продуктами не ездят. Поэтому, Стейси, для чистоты эксперимента, мы просто обязаны пойти на рынок пешком».

«Нужно взять с собой сумку-тележку на колесиках, чтобы было легче тащить продукты», — ухватилась за последнюю соломинку Стейси.

«Нет, Стейси. У нас с такими тележками только старые бабки за продуктами ходят. Да и нет у меня такой сумки. Большинство российских женщин обходится без всяких тележек».

«Слушай, у меня такое впечатление, что у вас в стране как будто все специально сделано так, чтобы усложнить женщине жизнь. И почему, вы — российские женщины — это все терпите?!»

Я промолчала. А моя гостья продолжала: «Хотя я читала, что российские женщины просто необычайно терпеливы. Они иногда терпят даже побои и пьянство своих мужей. Но как такое может быть?! Это же унижение женщины и прямое нарушение ее прав».

«Так, Стейси, не будем отвлекаться от щей».

Мы составили список покупок, которые нам предстояло сделать, и отправились на ближайший рынок. Здесь Стейси поджидало еще одно удивление-разочарование.

«И почему у вас овощи продаются в таком грязном виде, не расфасованные и не упакованные?!».

«Расфасованные тоже есть, в супермаркетах. Но они дороже. А что до грязи, так мы ее дома отмоем. Это — не сложно. Да это и не грязь вовсе, а земля-матушка», — спокойно парировала я. Но Стейси не успокоилась: «Да, но это опять затраты сил и времени женщины — мыть такие грязные овощи. И потом, после этого придется еще мыть раковину в кухне. Это кто — тоже женщина должна делать? От этого цена дома приготовленной пищи опять возрастает».

«Ну, дорогая! Ты уж всякие мелочи считаешь!» — воскликнула я.

«Ничего себе мелочи! Принести на себе такую груду ужасно грязных овощей, перемыть их все, а потом еще и все вокруг, что они запачкали. Да еще раковина может засориться, придется платить сантехнику. И это все —мелочи?! Но ведь вся наша жизнь состоит из мелочей, которые могут ее отравить. Или, наоборот, из мелочей, которые нас радуют».

«Успокойся, вызывать сантехника не придется. Наши российские женщины умеют решать такие мелкие бытовые проблемы сами, без сантехников и мужчин».

«Это как же, интересно знать, можно самой почистить засорившуюся кухонную раковину?!» — искренне удивилась моя собеседница.

«Я тебя позже научу», — успокоила я ее.

Итак, мы вместе со Стейси купили мясо, картошку, капусту, лук, морковь, бутылочку подсолнечного масла, банку томатной пасты, баночку сметаны, чеснок и хлеб. Вроде бы и немного, но когда мы со всеми покупками вернулись домой, Стейси выглядела чуть-чуть усталой. Тем не менее, после чашечки горячего кофе, выпитого с превеликим удовольствием на моей российской кухне, Стейси бодро предложила: «Давай я все буду делать сама, иначе я не освою вашу российскую кулинарию. Ты мне только все объясняй и говори, что и как надо делать». Я с радостью согласилась, напомнив ей о своем условии: «А ты мне честно говори, что тебе покажется странным и необычным. Говори все, без всякого стеснения. Ладно?» На том мы и порешили.

Первым делом Стейси вымыла мясо и поставила на плиту вариться мясной бульон. Здесь ее опять ожидало некоторое разочарование. Оказалось, что у моей российской электроплиты отсутствовал простейший таймер, и плите невозможно было задать ту или иную программу. Стейси очень этому удивилась. Она не знала, что в наше время все еще выпускают кухонные плиты без таймеров и программирования.

«Как же я узнаю, когда мясной бульон будет готов?».

«Ничего страшного, — успокоила я ее. Мы будем на него все время посматривать. И о его готовности будем судить по его внешнему виду. Не волнуйся. Разберемся».

Потом она с изумлением обнаружила, что на моей российской электроплите отсутствует рычажок с цифрами, обозначающими разный температурный режим при приготовлении пищи. Вообще-то говоря, все четыре рычажка имелись, но они позволяли, как мы говорим, «прибавить огонь» или «уменьшить огонь». Но прибор, который бы контролировал силу жара и поддерживал заданный температурный режим, отсутствовал напрочь.

«Как же ты можешь готовить на такой плите?! Ведь разные продукты варятся-жарятся до степени готовности в разном температурном режиме. Как же ты это определяешь без прибора?».

«Не волнуйся. Определим на глазок. А сейчас, пока варится мясной бульон, ты, Стейси, должна заняться овощами».

«Так чем мне заниматься? Бульоном или овощами? Я не могу делать несколько дел одновременно».

«Не можешь — научим! Ты мой и нарезай овощи. Но при этом время от времени поглядывай на варящийся бульон». 

«Это — сложно. Я буду в постоянном напряжении. И мне придется скакать туда-сюда. Ведь у тебя нет на плите прибора, который сообщил бы мне о готовности мясного бульона, или о необходимости прибавить или убавить огонь».

«Ничего страшного. Вперед, к овощам. Я же буду тебе во всем помогать, следить за бульоном, например».

Стейси приступила к мытью овощей. Они оказались действительно очень грязными, все — в жирной черной земле. После того как моя иностранка помыла в моей кухонной раковине картошку, морковь, свеклу и сполоснула капусту, она стала чистить овощи, бросая при этом все кожурки прямо в раковину. Раковина засорилась и все грязь пошла верхом. Стейси пришла в ужас. Я мигом бросилась в туалет и принесла оттуда вантуз — нехитрое устройство, знакомое каждой российской женщине с детства. И я начала энергичными движениями прочищать засорившуюся раковину. Стейси в изумлении отступила на два шага назад и, как мне показалось, любовалась мною.

Продолжая работать, я стала ей объяснять: «Стейси, это произошло потому, что ты смыла в раковину слишком большие отходы от овощей».

«Как, — снова удивилась гостья, — разве у тебя не работает вмонтированный под раковиной прибор — «измельчитель остатков пищи» — чтобы в трубах не образовывалось засоров?!»

«Что?!» — в свою очередь удивилась я, когда поняла о чем шла речь. Я не то что не имею на своей кухне подобного прибора, но, скажу честно, даже ни разу до этого никогда о нем не слышала и в глаза не видела. Даже не представляю, как он выглядит.

Моя иностранка долго мне объясняла принцип работы чудо-прибора. Да, чего только не узнаешь при общении с иностранцами! Пока мы обсуждали чудо-прибор, именуемый «измельчителем пищевых отходов», у нас наш мясной бульон начал сильно кипеть и выплескиваться прямо на плиту. Мы отставили в сторону кастрюлю с бульоном и начали мыть плиту. Стейси ворчала: «А если б в плите были вмонтированы приборы, такие как таймер и термометр с программированием разных температур, то этого бы не произошло».

Потом Стейси приступила к нарезанию овощей. Здесь ее опять ждало сильное разочарование. У меня на кухне не было ни кухонного процессора, ни измельчителя, ни электромясорубки, ни электрического консервного ножа. Все нарезать Стейси пришлось вручную, чем она была очень недовольна. Нарезая разные овощи. Стейси высказала очередное недовольство: «Почему у вас нет мерных стаканчиков разного размера? Как можно все в приготавливаемое блюдо класть на глаз?! Это — совершенно ненаучный подход! У нас в любом магазине продаются такие специальные наборы мерных чашек и стаканчиков, соединенных вместе на их длинных рукоятках. И также наборы мерных ложечек разного объема и размера. Это ведь так просто и удобно! Не надо каждый раз думать и сомневаться, сколько чего положить в приготавливаемое блюдо. Отмерил и все!».

Продолжая нарезать все овощи вручную, Стейси повторила еще раз: «И почему надо мучиться чистить и нарезать все вручную, если с этим прекрасно справляются разные умные бытовые машины?!».

После того как все овощи были, наконец, начищены и нарезаны, мы приступили к приготовлению зажарки. Стейси была очень недовольна тем, что ей пришлось резать репчатый лук, обливаясь при этом слезами. Она не удержалась от замечания по этому поводу: «И зачем надо так мучительно нарезать лук со слезами, когда можно пользоваться солью, ароматизированной луком. Или можно было бы открыть баночку с маринованным луком».

«Так не вкусно будет!» — возразила я своей гостье.

«Да почему не вкусно?! Все тоже самое. Лук — он и есть лук!»

«Но русская традиция приготовления щей будет нарушена. Ты же хотела освоить русскую национальную кухню».

«Ну ладно, ладно! Ради этого я готова поплакать».

Через несколько минут, когда с луком было покончено, Стейси стала натирать на терке морковь. И она снова начала ворчать: «Моя бабушка называла таким образом приготовленные овощи — "салат с ногтями". Ну, зачем тереть овощи вручную на терке доисторическим способом, когда в любом супермаркете можно купить набор нарезанных, нарубленных и вообще каких угодно овощей уже готовых к употреблению?! Причем такие наборы продаются и свежими в герметичной упаковке, и в быстро замороженном виде. Купил любой набор в нужном тебе виде, в какой хочешь упаковке — и все, клади в кастрюлю. Я лично предпочитаю вакуумные упаковки».

Я пропустила мимо ушей последний монолог Стейси и стала ей самозабвенно рассказывать про суповую зажарку.

«Стейси, зажарка для щей готовится отдельно на сковородке. Сначала наливаем на сковороду немного подсолнечного масла. Затем кладем в него мелко нарезанный репчатый лук и обжариваем его в этом масле. Затем в поджаренный лук добавляем тертую на терке морковь. И все это смешиваем и опять обжариваем. Потом во все это добавляем несколько ложек томата, чуть-чуть порошка перца, лавровый лист, мелко нарезанные корни петрушки или какой-нибудь другой зелени. Моя бабушка еще добавляла в зажарку мелко нарубленный чеснок, несколько зубчиков. И еще раз все это перемешиваем и тушим на сковороде на медленном огне до образования золотисто-оранжевого цвета. Потом, когда все в кастрюле почти готово, выкладываем туда зажарку из сковороды».

Стейси слушала очень внимательно, даже несколько раз переспрашивала меня о деталях и технологиях приготовления зажарки для щей, потом сказала: «И зачем это вы отдельно на сковородке делаете такое сложное блюдо с таким большим количеством ингредиентов. Это же так долго и трудно! Да еще потом сковородку надо мыть, как я понимаю, вручную. Нельзя ли купить готовую зажарку в консервированном виде или какой-нибудь готовый полуфабрикат, ее заменяющий, для более простого приготовления щей?».

«Полуфабрикат?! Ну, это себе позволить может только полуфабрикант, — подумала я, а вслух спросила — как же экономичность блюда?»

«Что же это за экономичность такая, если она достигается тяжелым и отнимающим кучу личного времени физическим трудом?! Это уже не экономия, а расточительство сил женщины. Или даже эксплуатация женщины, так как некая мифическая экономичность достигается за счет ее тяжелого труда».

«Наши мужчины так почему-то не считают», — с грустью подумалось мне.

Пока моя иностранка сражалась с зажаркой, я решила между делом нажарить картошки. На ее глазах я намыла еще картошки, быстро начистила ее обычным кухонным ножом и, снова сполоснув, начала было нарезать картошку красивой продолговатой соломкой. И тут я поняла, что нож, обычный кухонный нож, которым я работаю, совершенно тупой и очень плохо режет. С таким рабочим инструментом красивая продолговатая картофельная соломка вряд ли получится. Я сразу же приняла простое для себя решение — наточить нож на точильном бруске. Я энергично начала точить нож уверенными привычными движениями. Стейси уставилась на меня молча. Казалось, что она ничего не могла произнести от удивления и лишь смотрела на меня как зачарованная. Я спросила ее: «А как ты точишь свои кухонные ножи, если они затупились?».

Она ответила: «Никак не точу. У меня на кухне есть такой специальный стояк для ножей. Туда воткнуто одновременно шесть ножей разных размеров. Затачивание ножей происходит само по себе в то время, когда ножи находятся в этом стояке. А что, это русское изобретение — точить ножи вот таким способом? Раньше я такого никогда не видела. А еще у нас есть специальные электрические машинки, такие небольшие станочки для затачивания ножей и ножниц. А вы, почему ими не пользуетесь?».

«Видишь ли, любой бытовой электроприбор тратит очень много электроэнергии, приходится экономить на всем», — нашлась я.

«Да, верно, — согласилась иностранка, вполне удовлетворенная моим объяснением.

Потом Стейси с горящими от любопытства глазами наблюдала, как я открывала обычным российским консервным ножом металлическую банку с томатной пастой. Она робко спросила: «А не проще ли делать это электрическим автоматическим консервным ножом, не прилагая таких больших физических усилий?»

«Ну вот, — подумала я про себя, — как много нового о технике я сегодня узнала. Мало того, что у них там есть портативные электрические станочки небольшого размера для затачивания ножей и ножниц в домашних условиях, так у них еще имеется и электрический консервный нож, который вполне справляется с открыванием консервных банок, не подпуская к этому процессу человека. Но вслух я сказала: «Ты же понимаешь, электроэнергию надо беречь. Экономия — прежде всего!».

«Да, да», — согласно закивала головой моя гостья.

А мой внутренний монолог продолжался: «Если еще сегодня выяснится, что у них есть электрическая, программируемая суповарка, которая варит суп без присутствия человека, то я расстроюсь окончательно». Но, ни о каких фантастических волшебных кухонных приборах Стейси в тот день мне больше, к счастью, не рассказала.

Наконец, со щами было покончено, а картошка приобрела красивый желто-золотистый оттенок. Стейси, задумчиво глядя на поджаренную мной картошку с аппетитной хрустящей корочкой, вдруг сказала: «И почему у вас в России, насколько я поняла, жареная картошка одно из самых любимых блюд? Ведь ее так сложно готовить в домашних условиях».

«А что тут сложного?» — искренне удивилась я.

«Ну как, надо сначала всю вашу грязную картошку перемыть, потом перечистить ее вручную ножом, потом тонко нарезать. Ужас! А когда вы делаете картофельное пюре, я видела, вы мнете вареный картофель вручную, что тоже очень нелегко. И как можно любить блюдо с таким длительным и трудоемким процессом приготовления и присутствием ручного труда?!».

«Просто, видишь ли, Стейси, у человека все зависит от его восприятия. Мы процесс приготовления картошки или щей не воспринимаем как длительный и трудоемкий. Я вообще от тебя первой слышу, что пожарить картошку — это трудно. Это ты почему-то все время свой труд считаешь, затраченные на приготовление того или иного блюда минуты высчитываешь. А у нас в России это все вообще не в счет!».

«Как же так?! Ведь это же самое главное!».

«Что главное?».

«Сколько я своего труда, своих сил, физических и психических, и своего личного времени затратила на эту работу. И сколько мне потом потребуется времени на отдых и восстановление собственных сил. Ну. Плюс ко всему этому стоимость продуктов и электроэнергия, затраченная на их приготовление. Вот и цена ваших русских национальных блюд. Мне кажется, что цена эта очень высока, хотя русская кухня по своим вкусовым качествам мне очень нравится».

«А что тебе еще нравится из нашей кухни?» — решила я незаметно перевести тему разговора.

«Мне очень нравится, что на вашем праздничном столе всегда много, как вы их почему-то называете, зимних салатов. Я несколько раз попадала на праздничное застолье в российские семьи. Была на семейном обеде, кстати, и у вас. У вас на столе было три таких чудесных салата. Почему, кстати сказать, вы их называете зимними? Что, в теплое время года вы такие блюда не готовите и не едите?».

Я молча пожала плечами. А моя гостья продолжала: «И в связи с вашими чудесными на вкус салатами мне не понятен один момент». «Какой же?».

«Ваши салаты, безусловно, очень вкусны. И я допускаю, что можно, хотя и трудно, приготовить такие салаты (или такой один салат) на свою семью. Но, если у вас, к примеру, вечеринка и в вашем доме много гостей. Вы же не станете нарезать вручную такое количество салатов, чтобы хватило на всех».

«То есть, как это не станем?! Как раз этим мы и занимаемся перед каждым праздником. Именно для гостей и вечеринок такие салаты и предназначены».

«Ничего себе!» — совершенно искренне ахнула моя гостья. И по ее реакции я окончательно осознала, что российские женщины творят чудеса, делая, поистине, невозможное.

«А как же приготовление пищи к вечеринке происходит у вас?» — спросила я в свою очередь свою иностранку.

«Я, к примеру, всегда обращаюсь в одну и ту же фирму. Они мне домой присылают бригаду молодых людей, обычно это — 4-5 человек, которые готовят на моей кухне и подают все моим гостям. Потом, кстати сказать, они же наводят порядок в моем доме. Но такие сложные блюда, как ваши, они вряд ли согласились бы готовить. Вернее, это мне очень бы дорого встало. А одному человеку приготовить на целую компанию гостей вообще невозможно. Так что дешевле и разумнее было бы отправиться со своими гостями в ресторан».

«Ну что ж, давай пробовать, что мы с тобой наготовили», — предложила я. Моя гостья съела несколько ложек и сказала: «Ты знаешь, я так устала от всей этой кухонной работы, что мне уже и есть то, что я приготовила, не хочется. Сил нет».

Перед этим мы с ней еще простирнули вручную кухонные полотенца и фартуки. И вымыли на кухне пол. Моя иностранка была очень недовольна стиркой вручную. Но я ей объяснила, что стиральная машинка у меня — полуавтомат и запускать ее — целая история. Легче и быстрее все простирнуть вручную. Еще моя гостья спросила, почему у меня нет одноразовых бумажных кухонных полотенец.

Когда мы мыли полы на кухне, то иностранка была возмущена, почему швабра у нас такой странной негигиеничной конструкции, что тряпку приходится все время выжимать руками. Стейси сделала короткий доклад о том, какие швабры популярны сейчас у них и о том, что кроме электрических пылесосов еще существуют механические, неэлектрические «крошкособиратели». Также я узнала, что швабры, оказывается, должны быть со специальными сменными салфетками, пропитанными моющим средством. Кроме того, это моющее средство должно разбрызгиваться по полу автоматически после нажатия имеющейся на швабре специальной кнопочки, а салфетка после проведенной уборки просто-напросто выбрасывается. Если же тряпка на швабре не сменная, то требование к ней такое, что отжим ее должен происходить в специальном для этого приспособлении и человеческие руки до половой тряпки касаться не должны.

Когда я начала после обеда мыть посуду, моя гостья просто сидела на кухонном диванчике. Помогать мне у нее уже не было сил. Но она продолжала размышлять вслух: «Почему же на вашей кухне нет посудомоечной машины? Вы что от нее отказались, когда приобретали эту квартиру? У нас, когда въезжаешь в дом или квартиру, на кухне уже есть встроенный кухонный гарнитур с посудомоечной машиной и измельчителем пищевых отходов под кухонной раковиной. А также там обязательно есть холодильник и плита с разными программами. Правда, от этого всего можно отказаться, если вам не нравится или заменить на другое».

«А у нас, видишь ли, все по-другому».

«Наверное, ваши российские мужчины испытывают чувство стыда за то, что их жены и подруги выполняют на кухне так много грязной и тяжелой работы».

«Ну а щи-то домашнего приготовления тебе понравились?» — спросила я, отводя удар от российских мужчин.

«Щи, конечно, понравились. Но ведь это, как я поняла, праздничное блюдо».

«Почему ты так решила?».

«Не будешь же такое сложное по технологии приготовления блюдо готовить постоянно в обычные дни. На это ведь не будет ни сил, ни времени».

«Да уж, праздничное!» — ухмыльнулась я про себя, но вслух своей гостье ничего не возразила.

«Неужели все учительницы в вашей школе умеют готовить дома такие сложные блюда?!».

«Думаю, что большинство».

«И вообще, ваша русская кулинария — очень энергозатратная и трудоемкая. Она отнимает слишком много сил и времени. Я ведь, знаешь, еще имела опыт приготовления русских блинов с одной россиянкой. Ой, ты даже не представляешь, какой это долгий и трудный процесс. Каждый блин выпекается на сковородке отдельно! Кошмар! И что любопытно, что вы процесс приготовления блинов считаете простым и легким. Но я засекала время. В тот раз мы с моей русской приятельницей затратили на приготовление ваших русских блинов 1 час 40 минут. Разве можно так много времени затрачивать на приготовление пищи?! Это — непозволительно много!»  «Сколько же по вашему можно затратить времени на приготовление пищи?» «Я думаю, не более 15 минут. И как только ваши женщины любят все это?! Не понимаю!».

«А почему ты думаешь, что они все это любят?».

«Но ведь без любви делать такие трудные дела просто невозможно. Во-первых, вкусно не получится. А во-вторых, если б они не любили всю домашнюю работу, то либо свихнулись бы от нее, либо организовали бы в конце концов женское движение в защиту своих прав и разделили бы всю ненавистную им работу ровно напополам с мужчинами. Ведь ваши женщины очень энергичные!».

Мне с гордостью и одновременно с досадой подумалось: «Да, есть женщины в русских селеньях! Вот только, где все мужики?!».

Моя иностранка вскоре распрощалась и ушла. Она мне позвонила через два дня, объяснив свое отсутствие тем, что два дня в гостинице она просто валялась, отдыхая от традиционной русской кулинарии и кухонной работы. «Правда, знаешь, какая радость, после приготовления русских щей я похудела почти на полтора фунта. Но теперь видеть эти ваши щи, тем более есть их просто не могу! Наверное, перетрудилась».

Позже Стейси мне прислала в подарок из своей заморской страны заморское чудо — набор мерных чашек и ложек.

Через несколько дней я у себя дома сказала бодрым голосом: «Давайте-ка, распределим, кто будет готовить щи и подавать все к обеду, а кто мыть посуду после обеда?» Муж взглянул на меня как-то странно и неохотно отозвался: «Ну, я могу помыть посуду после обеда. Только сразу после обеда я сначала полежу немного, а потом все уберу. Не возражаешь?».

Я, конечно, не возражала. Итак, подумалось мне, стихийное создание женского движения для борьбы за свои права, видимо, началось. Вот что значит длительное общение с эмансипированными американками. Чего доброго, наши женщины еще начнут себе вопросы задавать: «И чего это мы так за этими русскими мужиками ухаживаем? Прямо-таки в лепешку разбиваемся, не жалея собственных сил и времени. А так ли уж нам, женщинам, это надо?! Взваливать все на себя и тащить непомерно тяжелый груз? А если и надо, то — зачем?».

Я отогнала подальше от себя всякие каверзные вопросы и провокационные мысли и пошла на кухню, варить щи по-русски. Надо все же успеть, скоро — обеденное время.

Книги Алины Бикеевой для педагогов и родителей

 

  • .С. Бикеева Настольная книга школьного учителя. Испытание школой: ребенок и учитель.
  • А.С. Бикеева Уроки психологии для школьного учителя. Советы усталому педагогу.
  • А.С. Бикеева Семья Особого Назначения, или рецепты позитивного родительствования на каждый день.
  • А.С. Бикеева Как стать феноменальным родителем и создать Семью Особого Назначения.
  • А.С. Бикеева Ребенок + взрослый. Рецепты общения, понимания, прощения.
  • А.С.  Бикеева Взрослый + ребенок. Что посеешь, то и пожнешь.
  • Второе издание книги «СЕМЬЯ ОСОБОГО НАЗНАЧЕНИЯ»
  • А.С. Бикеева Страноведение: Американский английский и культура США и Канады. 

Есть мнение? Оставьте свой комментарий:
avatar

Комментарии:
avatar
Поддерживаю комментарйи0Не согласен с высказыванием
1 Кагуар • 00:26, 25.07.2016
Трудно и сложно там, где расписываешь (или осознаешь) каждый шаг (как при приготовлении щей). Но когда это уже автоматизированный процесс, то это легко. Варили щи в Америке. Самое печальное, что там нет мяса, которое дает навар и вкус всему блюду. Затратили время, а результат оставлял желать лучшего.